В этой книге вы узнаете много интересного про курильские острова из впечатлений путешественников
Ваба — сын Раскалы
Вабу я искал долго. Сначала я огибал Ключевскую Сопку, пока не пришел на старый лавовый поток, который _ с правого борта усиленно , размывался большим мутным ручьем. Каждую весну, когда быстро таял снег, этот ручей превращался в бурную речку. Тогда он волочил по дну даже крупные камни. Я долго шел по долине ручья. Берега его сначала были высокие и отвесные. Они- были сложены рыхлой породой, из которой торчали крупные угловатые глыбы базальта. Вниз по долине этих глыб становилось все меньше, и они казались все более округлыми. Потом их не стало совсем. Склоны долины стали чуть заметными. Кругом был наносный вулканический песок и тонкая глиноподобная муть. Лишь кое-где вдоль русла встречались более или менее крупные округлые гальки пузыристой породы. Так я вышел к самому берегу реки Камчатки. И вдруг прямо на ровном месте, рядом с водой, на углублении, вымытом в речном песке, я увидел крупный валун базальта.
— Ты Ваба? — спросил я.
— Да, я Ваба,— ответил он важно.
— Ты сын Раскалы?
— Как это ты догадался?
— Ты самый мудрый валун базальта, потому что ты много видел. Но как же тебе удалось так далеко отойти от родного лавового потока?
Ваба расплылся в улыбке:
— Конечно, я самый мудрый валун, и это потому, что я уже много путешествовал. Но я не хвастун. Я скажу тебе прямо, что я вовсе не отличаюсь какими-либо особыми качествами по сравнению со своими братьями — другими базальтовыми валунами, и то, что я намного опередил их,— дело случая. Точнее, это результат хитросплетения целого ряда случайностей. Я появился на поверхности Земли как частица раскаленного потока. Но та порция лавы, частью которой был я, продвинулась от кратера дальше всего. Случайно я оказался с правого борта потока, и, когда температура его поубавилась, я под давлением поступающей сверху лавы вместе с другими глыбами откололся от него. Так я обрел свою индивидуальность, или родился. Правда, я еще не стал валуном, а был всего лишь остроугольной, покрытой шлаковой коркой глыбой. Я родился осенью, а вею зиму на лавовый поток и на нас, отколовшиеся от него глыбы, падал снег. Сначала он таял, а когда падал на самые горячие места — недовольно шипел. А потом мы поостыли настолько, что нас засыпало снегом. Его не было только там, где между нами пробивались горячие газы. Но зима кончилась, а весной снег стал превращаться в воду. Сначала между нами потекли маленькие звонкие ручейки. А потом... Потом мы оказались чуть ли не в центре бешеного мутного потока. Откуда-то с горы он тащил массу мути, песка и камней. Я и некоторые другие глыбы зашевелились и начали перекатываться вдоль его русла. Так началось мое путешествие. Чем ты легче, тем больше у.тебя шансов пропутешествовать дальше других. От чего зависит легкость? От размера и от удельного веса. Ты видишь, вокруг меня лежат все песчинки да легкие гальки. А я большой и тяжелый. Мне просто везло: я все время попадал в струю.